Интервью в журнале "Территория"

Интервью в журнале "Территория"



АННА ИВАНОВА

180 градусов ожидания


Это история одного завтрака, на который я пришел, чтобы поговорить с главным действующим лицом модного бренда ANNAIVANOVA о трендах, а получил полноценную лекцию от компетентного историка и человека с глубоким опытом в индустрии моды.


Мода – это огромные деньги. Колоссальная индустрия, которая уводит творчество на десятый план. На первом месте все-таки вложенные инвестиции и отдача от них. Вся история последнего периода, связанная с модными домами, подтверждает это. В тот момент, когда большинство крупных домов были выкуплены двумя концернами – Франсуа Пино и Бернара Арно, произошла настоящая революция. С одной стороны, финансирование модельеров подарило новые возможности, с другой – средства надо окупать. И началось. Например, бесконечная перестановка дизайнеров: их ведь начали менять как перчатки. Если дизайнер не создает коллекции, которые приносят доход, от него надо избавиться. Вспомни колоссальный скандал с Альбером Эльбазом, которого обвинили в недостаточной креативности. А он гениален! У него был свой почерк – он использовал необработанные края. Это не очень практично, но очень красиво. Потом скандал с Гальяно. Ему пришлось не только уйти из Dior, но и переехать из Европы в Америку. И его неудачное сотрудничество с Оскаром де ла Рента.  Мы сейчас не слышим о Джоне Гальяно вообще ничего. А между тем Маккуин и Гальяно – это люди, которые сделали фешен-индустрию. Маккуин держался до последнего, а в результате покончил жизнь самоубийством. Семь лет назад повесился в собственной гардеробной всего за несколько дней до начала Недели моды, а в предсмертной записке друзьям говорил о своем неуместном положении в мире моды. На его показы приходили и говорили, что одежду некому будет продавать. А это мастер, который создавал гениальные творения! Его смерть показала всему миру, что в креативности, по сути, нет нужды. Давай «бабло» и все.
На сегодняшний день один из самых успешных дизайнеров – Майкл Корс, которого еще недавно за дизайнера не считали. Его одежда приятная, носибельная, трендовая. В наше время это самый продаваемый и подделывае-мый бренд. Раф Симонс, который работал на Dior предыдущие несколько сезонов, пытался привнести струю бельгийского авангарда в европейский классический дом. Очередная попытка совершить рывок. Однажды нечто подобное сделал Гальяно в классическом формате, и это получилось. В данном случае – не вышло. В мировом контексте мода должна быть сексуальна. Секс, наркотики, рок-н-ролл всегда хорошо продавались. А попытка сделать моду асексуальной все возвращает на круги своя… Только подумай, ведь секс может быть разный: классический, вычурный, авангардный. Но в моде он обязан быть! Одевая женщину, дизайнер должен в первую очередь осознавать, что ее будут хотеть. И женщина, покупая платье, желает, чтобы ее хотели. Если этот алгоритм не работает, удачного коннекта не произойдет.
Сегодня мир все пытается автоматизировать. Даже процесс вдохновения. Дизайнеру уже не надо самостоятельно думать о цветах: существует институт цвета Pantone, который разрабатывает сочетания на несколько сезонов вперед. Создаются коллекции принтов, есть трендсеттеры, внедряющие их в массовое сознание. Цветовая гамма, форма, стиль, ткани... Мода стала социально-экономически зависимой. Все, что в ней происходит, – это некий социальный заказ. К примеру, он может выражаться в том, чтобы сделать мужчин мужественными, а женщин женственными, чтобы поднимать рождаемость. Или в мире происходят военные процессы, и их отголоски резонируют на фешен-индустрию. Еще существует одна из самых тесных связей – с кинематографом. За несколько лет известно, какой фильм будет сниматься. К моменту его выхода должна появится коллекция, посвященная конкретному кинопроекту.
Мода развивается по спирали. Трендсеттером может стать любой, кто включает голову. Я, как историк, анализирую этот процесс. Любая тенденция, доходя до своей точки кипения, в результате разворачивается на 180 градусов. Если мы носим широкие брюки, которые с каждым сезоном становятся шире и шире, жди следующий этап – узкие брюки. Потом пойдем дальше – суперсекси. Значит, им на смену придет образ девушки-студентки. Это вечная игра, которая заставляет потребителя пойти в магазин и в очередной раз купить артефакт своего времени. Ведь человеку нужно, по сути, очень мало вещей. Но чтобы фешен-индустрия работала, необходимо создавать сверхидею. Вспомни платформы наших мам, которые в те времена вызывали ужас, а потом появились «лабутены», вернувшие моду на высокий каблук.
Можно предположить, что если в моде насыщенные цвета, то следующий тренд – пастельные оттенки. Если классический стиль, то потом появится спорт-шик. Эта бесконечная ротация завела людей в тупик. И сегодня фешен-индустрия переживает колоссальный кризис. Сверхидея ушла. И я уверена, что она может прийти только с развитием новых технологий. Модная индустрия оказалась самым консервативным институтом, которая уже ничего не внедряет. Первый шаг – произошло развитие бесшовных технологий. А год назад Adidas сделали партию кроссовок на 3D-принтере: тебе могут изготовить макет обуви точно по ноге. Это лишь первый звонок, который подсказывает нам, что лет через 5–10 настанет промышленная революция и явит новые возможности и технологии. Тогда мир поделится на две части. С одной стороны – упрощение технологических процессов, с другой – яркие представители ручного труда. А пока… а пока мы режиме ожидания.

Текст: Никита Музалевский
Фото: Muse.Studio

ANNAIVANOVA © 2018